Москва купеческая: гуляем по Таганке

А пока мы ведём неспешный рассказ о купцах, вы можете поискать вдоль маршрута дома, относящиеся к стилю модерн: их немного, ведь слобода была застроена раньше. Но такие дома здесь встречаются. В конце прогулки сверим часы!

Итак, начало маршрута. Выйдите из метро Таганская кольцевой линии. Перейдите Садовое кольцо. И вот перед вами широкая улица, которая сейчас носит имя Александра Солженицына, а как она называлась раньше, вы узнаете чуть позже.

Вы наверняка помните историю про Тверскую: как в 1930-х на ней двигали дома, чтобы расширить центральную улицу столицы. Наверное, и здесь так? Давайте присмотримся к домам. Как выглядят цоколи? Как расположены окна?

Нет, не похоже, чтобы эти дома переносили…

И действительно, улица дошла до нас в том виде, в каком была в XIX веке. А некоторые усадьбы на ней построены ещё раньше, в XVIII столетии.

Вот так улица выглядела в 1888 году. С тех пор до неузнаваемости изменился только дом, в котором сейчас находится ТЦ «Звёздочка» (но и это — торговые ряды конца XIX века). Остальные по-прежнему на своих местах.

Перейдём улицу и отправимся к дому номер 6. Внимательно смотрите на стены домов и оград, и тогда вы точно заметите странную табличку, над которой реставраторы аккуратно сняли штукатурку.

Что здесь написано? Как ни удивительно — номер дома. В XIX веке дома нумеровали не так, как мы привыкли — поулично. Здания приписывались к полицейским частям. Вот и написано: «Рогожская полицейская часть, участок 2, дом № 537». Подобных табличек на всю Москву осталось всего три (Грибоедовский ЗАГС в Малом Харитоньевском переулке и особняк Харитоненко на Софийской набережной), но эта из них самая зашифрованная!

Через дорогу от таблички — ограда, за которой прячется усадьба Зубовых — купеческого рода, который дал России двух учёных. Павел Васильевич Зубов — химик, которого нумизматы чтут не меньше, чем ценители живописи —  братьев Третьяковых. Его сын Василий Павлович —  искусствовед и учёный-энциклопедист, участник реставрации Троице-Сергиевой Лавры. Потомки этой династии жили в особняке еще совсем недавно, в XXI веке.

Но мы идём дальше, мимо усадеб и домов XIX века, и на ближайшем пешеходном переходе возвращаемся на нечётную сторону. Прямо перед нами — усадьба XVIII века, дом купца Ивана Алексеевича Колесова. «Но позвольте, это же почти дворец!», — скажете вы, приглядевшись. Так оно и есть! Иван Алексеевич был не просто купцом. Некоторое время он был городским головой Москвы — вторым человеком в городе после генерал-губернатора и, фактически, главным московским купцом. Как и большинство товарищей по сословию, Колесов много жертвовал на благотворительность.

И вот наконец мы подошли к церкви, которая была видна почти с самого начала прогулки. Это храм Мартина Исповедника. Построен, конечно же, на средства местных купцов.

На колокольне красуется аншлаг в том же стиле, что и по всей улице. Но приглядитесь, что же на нём написано? Это ошибка? Нет! Именно так улица Солженицына называлась до революции. А после 1917 года её переименовали в Большую Коммунистическую.

Раньше в Москве улицы часто называли по церквям. Но почему же мы стоим на Алексеевской, хотя рядом храм святого Мартина? Дело в том, что этот храм появился позже, когда слобода уже имела название.

Давайте спустимся по боковой улочке вдоль усадьбы. Как же она называется? Ох. Станиславского? В купеческом квартале? Да, Константин Станиславский, великий режиссёр и реформатор театра, имеет прямое отношение к этому району. Настоящая фамилия его — Алексеев.

Алексеевы владели фабрикой, где производились золотые и серебряные нити. Такими расшивали облачение священников, офицерские мундиры, дорогую праздничную одежду. А с распространением электричества фабрика начала производить провода, проволоку и многое другое, необходимое новому миру.

Кстати, вот и она — огромное здание с цифрами 1912 — это год постройки. Медеплавильный и кабельный завод товарищества «Алексеев, Вишняков, Шамшин». Впечатляет? Но давайте немного вернёмся назад и пройдём вглубь двора. К медеплавильному корпусу пристроено… здание театра!

Да, Станиславский открыл при фабрике театр для рабочих. Когда по настоянию других членов правления театр пришлось закрыть и отдать помещение под нужды производства, режиссёр перевёл часть труппы во МХАТ.

Вернёмся на улицу Станиславского. Сейчас в её просвете видны купола — это и есть Храм Святителя Алексия, по которому получила название вся слобода.

Наш маршрут идёт дальше: пора вернуться на улицу Солженицына. Чуть поднимемся — и вот перед нами огромная усадьба голубого цвета. Центральный дом, два флигеля… Она принадлежала купцам Алексеевым (недалеко им было до работы, правда?), а в правом флигеле в 1863 году родился мальчик Константин, которому суждено было стать величайшим реформатором театрального искусства во всём мире.

Наверняка примерно там же, где сейчас стоите вы, в своё время стояли многие актёры, имена которых гремят сейчас на всю страну и даже мир. Ведь Станиславский для театра — то же, что Циолковский для Космоса.

Но не театром единым была жива Алексеевская слобода в XIX веке. Пройдём ещё немного по Добровольческому переулку и окажемся в Товарищеском (до революции он назывался Дурным, а того раньше — Чёртовым, что не нравилось купцам-старообрядцам, которых в Алексеевской и соседней Рогожской слободе было немало).

Спускаясь по Товарищескому переулку, мы посреди каменных зданий, в центре Москвы увидим… деревянный дом! Он чудом сохранился, но раньше здесь, на окраине слободы, таких наверняка было немало.

Напротив деревянного дома — неприметное двухэтажное здание. Это всё, что осталось от усадьбы купцов Коровиных. Всего лишь один из флигелей. А был, по воспоминаниям художников, огромный особняк с залами, декорированными в стиле ампир, и огромным же садом. Здесь выросли русский импрессионист Константин Коровин и его старший брат Сергей, который работал в жанре реализма и много преподавал.

Подумайте вместе с юным спутником вот о чём. Мы уже встретили три семьи, которые внесли огромный вклад в науку и культуру России и всего мира. А ведь мы обошли вниманием, например, мощную купеческую династию Морозовых, да и многих других обитателей Алексеевской слободы. Предки наших знаменитостей были успешны в делах. Они приехали в Москву и дали образование сыновьям. Сыновья продолжили отцовское дело, преумножили капитал и дали своим детям свободу выбора. За живописными полотнами Коровина, за отреставрированной Лаврой, за реформой театрального искусства стоит труд поколений.

Наша прогулка по Москве купеческой подошла к концу. Чем заняться теперь? Если вашему юному спутнику до 10 лет, пройдите по переулку квартал вниз. На Большом Факельном (или прямо на Товарищеском, просто чуть дальше) вас ждёт Таганский детский парк с интерактивной песочницей, сухим фонтаном и несколькими площадками, где можно выплеснуть энергию. Парк появился на месте садов нескольких купеческих усадеб, в нём есть яблоневый сад и 300-летний дуб.

Если ваш ребёнок постарше, пройдите к Большой Андроньевской.

Неподалёку от дома Коровиных есть ещё одно здание, которое невозможно пропустить, оказавшись в Алексеевской слободе. Это Рогожская амбулатория имени Л.Н. Сумбула, одна из первых российских поликлиник. Её выстроили в 1903 году по заказу Московской городской управы.

В начале ХХ века в Москве строили в основном в стиле модерн, но архитектор Николай Благовещенский предпочёл неорусский стиль: он решил, что такая архитектура будет понятнее пациентам, а значит, выше будет и доверие к врачам. Украшенный белым фасонным (фигурным) кирпичом фасад действительно оставляет впечатление сказочного терема.

Три остановки на трамвае — и перед вами откроется Спасо-Андронников монастырь, стены которого помнят Андрея Рублёва, а в музее можно полюбоваться иконами его учеников.  

А теперь сверим часы! В начале прогулки мы предложили поискать дома в стиле модерн по маршруту. Мы нашли вот такие:

Дом со львами – напротив храма Мартина Исповедника (Александра Солженицына, 14)

Дом с волнами – напротив усадьбы Алексеевых (Александра Солженицына, 39)

Знаете больше модерна в Алексеевской слободе? Делитесь в комментариях!