Как «продать» ребёнку полезные знания: выбор образовательного маршрута с точки зрения маркетолога

Читательский отклик на материал «Высшее образование: что мы «покупаем»?» показал: родителям старшеклассников важно детальнее присмотреться к выбору образовательного маршрута для подростков. Продолжаем рассматривать образование с точки зрения маркетинга. Как это работает, где искать «валюту» для покупки и где лежат зоны риска?

Образование и тем более карьера — это не забег на 100 метров, а долгая стратегическая игра вроде шахмат или го. Никто не выигрывает одним ходом — поступлением. 

Цель, ради которой «это всё» — не просто «занять место» в вузе. Цель — к 25–30 годам сформировать уникальный набор навыков, опыта и связей, который сделает вашего подростка неуязвимым для перемен на рынке труда.

Вы и подросток — команда. Ваши фигуры — сильные стороны ребёнка.

Ваш противник — жизнь, и ждать от неё честной игры не приходится. Правила будут меняться. Неизбежны кризисы и просто сложные периоды, когда подростку важно будет оставаться на плаву любой ценой.

Ваша главная стратегия — свобода и манёвр. Каждый образовательный шаг должен увеличивать количество возможных тактических ходов в будущем, а не загонять будущую карьеру подростка в узкую специализацию без выхода.

А значит, настала пора пристально рассмотреть фигуры, которые есть у подростка. И внимательно заглянуть во все тёмные углы. Вдруг туда завалилось что-то ценное, способное в критический момент партии стать ферзём?

Итак, ваша задача — стать для своего подростка первым и самым объективным «карьерным консультантом», помочь ему увидеть фигуры на доске предстоящей игры.

Возникает ощущение, что способов добиться цели великое множество. И это действительно так. А вот подросток у нас один. Давайте к нему и присмотримся.

Трезвый расчёт. И дело тут не в рейтинге вузов. Мы ведь уже договорились: вуз не цель, а средство. А вот цели можно добиться разными путями, и иногда это не высшее образование и не СПО, а курсы и участие в конкурсах. Вопрос — когда: прямо сейчас или позже, поступив и освоившись в учебном заведении.

Для этого важно понять, какой он, этот конкретный подросток, на самом деле. Сам по себе, а не в свете рейтинга вузов и даже вроде бы выбранной специальности.

Просто посмотрите:

Всё это — данные о среде, в которой подростку будет комфортно расти, о том, чему ему важно научиться, какие навыки прокачать.

Тревога. Способность волноваться — сила, которая помогла человечеству выжить в первобытные времена. Но с ней как в медицине: в малой дозе лекарство (и тогда тревога называется осторожностью), а в большой — яд, который мешает мыслить трезво и взвешенно.

Ярлыки. «Ты у нас гуманитарий», «Руки не из того места», «Вечно ты всё бросаешь». Эти фразы формируют у ребенка фиксированное мышление. Он начинает верить, что его качества неизменны. Вместо ярлыков используйте описание усилий: «В прошлый раз у тебя получилось, когда ты разбил задачу на части. Давай попробуем так же».

Семейная история профессий. Династия врачей или инженеров — это может быть как ресурсом (опыт, традиции, связи), так и грузом. Помеха возникает, когда выбор профессии становится вопросом семейной чести, а не личного призвания ребёнка. Спросите себя: «Мы хотим продолжить традицию или хотим, чтобы ребёнок был счастлив и успешен?» Иногда лучший способ чтить традицию — дать человеку свободу найти свой путь, используя семейные ценности (трудолюбие, помощь людям), а не конкретную специальность.

К этой же части токсичных ресурсов семьи относятся и нереализованные амбиции родителей. Выявить их сложнее, но достижению цели они мешают даже больше. Ведь реального опыта работы в профессии, которую родитель выбирает за ребёнка, в этом случае нет, да и со связями всё не слишком радужно.

В стрессе родители часто скатываются к двум крайностям: тотальному контролю или полному невмешательству. Оба пути ведут к проигрышу в нашей стратегической игре.

Применяя тотальный контроль, родитель берет на себя всю ответственность. Он выбирает вуз, планирует подготовку. Да, с таким локомотивом ребёнок может поступить. Но ведь мы помним, что вуз — не цель? Более того, абитуриент на этом этапе не повысил, а понизил конкурентоспособность:

Если контроль касается не только конкретной ситуации с поступлением, но и в постоянном ходу в семье, подросток рискует в будущем оказаться в жизни без собственной стратегии, и в будущем предпочтёт ждать указаний. Действовать самостоятельно ему обязательно придётся учиться, но уже без прикрытия со стороны родителей.

Выбрав позицию «Ты взрослый, сам разбирайся», семья получает видимость самостоятельности подростка, но на деле ребёнок чувствует, что его бросили в критический момент. Тревога зашкаливает. Встревоженный человек выбирает не то, что больше соответствует его желаниям и склонностям, а то, что безопаснее: поступает «куда легче» или «за компанию». Подросток не чувствует тыла, а значит, боится рисковать и исследовать возможности.

Что в результате? Представьте, что вы 11 лет копили на какую-то вещь. И в результате купили не то. Покупка может быть качественной и даже эксклюзивной, но она «не сидит», не украшает и вообще не в стиле вашего подростка. Только вот её не продашь.

Эту партию — получение образования, карьера, жизненный путь — играете не вы. У доски — подросток. А вы — опытный тренер. Вы обеспечиваете тыл. Не играете вместо ребенка, но всегда рядом с доской. Три главных задачи родителя — это:

Две выигрышных роли для взрослого в ситуации выбора образовательного маршрута — это наставник или спутник.

Не оставайтесь в стороне, но и не решайте за ребёнка! Вы — самый надёжный ресурс, тыл ребёнка. Ваша задача — не угрожать последствиями провала, а вселять уверенность, что любой ход можно обыграть, а любая ошибка — это не конец игры, а ценный опыт для следующего хода. А если переводить на язык покупок, вы — та самая лучшая подруга, которая, послушав расхваливающего товар консультанта и почитав рекламные предложения, скажет: «Неплохо. Но, может быть, перед тем, как оплатить это, зайдём в соседний магазин? Хотя бы просто посмотреть».