Экспериментальное жильё: испортил ли квартирный вопрос москвичей

Начнём прогулку с адреса 2-й Донской проезд, дом 9. Да-да, это студенческое общежитие (причем это назначение сохраняется за зданием с самого начала). Если ребёнок не знает, что такое «общага», здесь отличное место, чтобы это объяснить.

Давайте рассмотрим это необычное здание, которое иллюстрирует главный стиль конца 1920-х гг. — конструктивизм. Полное отсутствие деталей поражает, особенно, если сравнивать это с доходными домами или особняками, которые мы видели на прогулках в центре.

Дети часто отмечают, что дом больше похож на набор геометрических фигур из кабинета математики, чем на жилое пространство. Рекомендуем обойти здание и попробовать разглядеть форму самолета в его основании, круглые окна, похожие на иллюминаторы, длинную вереницу балконов, пространство с опорами под вторым этажом (привет дому на ножках из нашей прошлой прогулки).

Комплекс был построен для студентов Текстильного института. Именно на них ставился эксперимент по созданию человека новой формации — людей с коллективным мышлением. Архитектор дома-коммуны Иван Николаев создал настоящий конвейер или «машину для жилья».

Здесь всё было на всех. Личное пространство — только кровать. В спальне — два места. Жить нужно бок о бок с другим человеком. Утром, по замыслу архитекторов, всё общежитие просыпалось и шло в санитарный корпус. Уборная, умывание, душ, зарядка, гардероб — последовательные станции. Пройдя через них, студент оказывался в общем корпусе и мог идти на занятия, в библиотеку или спортзал.

Обратно — тем же путём. Из гардероба до спальни шли сразу в нижнем белье. Ровно в 22:00 в спальнях гас свет и подавался озонированный воздух, чтобы облегчить засыпание.

И так изо дня в день. Всё по строгому расписанию. В кроватке не поваляться, жизнь строго по регламенту, всегда все вместе. Именно таким видели идеальное общество сто лет назад, когда строилось это здание.

После такой беседы ваш спутник сможет легко понять, почему подобные сооружения еще назывались «дом-коммуна». Предложите ребёнку высказать свое отношение к подобному эксперименту, который, как вы догадываетесь, совершенно не удался.

Конечно, такими суровыми были не все общежития. Чаще люди жили в коммунальных квартирах — когда у семьи есть одна комната, в других комнатах живут другие семьи, а кухня, ванная, туалет — общие. Так они и назывались, кстати: места общего пользования. Удобно ли это? Хотелось бы вашему ребёнку так жить?

За этим разговором дорога до площади Хо Ши Мина пройдёт незаметно. Заодно вы можете рассмотреть «сталинки» на Профсоюзной. Огромные красивые дома. Строили их подолгу: нужно ведь было сложить эти огромные толстые стены по кирпичику…

Каждая семья мечтала, что они смогут переселиться «из общих ульев в индивидуальные гнезда» (по меткому выражению героя кинофильма «Покровские ворота»). То есть, покинуть общежитие или коммуналку и жить в отдельной, пусть и небольшой квартире.

Людям было нужно жильё. Много. Срочно. Для этого нужно было очень быстро строить дома. Так на карте Москвы появился 9-й квартал (микрорайон) Новые Черёмушки — настоящий опытный полигон.

Вот дом 16 по улице Гримау. Он построен в 1957 году. Перед нами самая первая «хрущевка» архитекторов Евгения Иохелеса и Елены Хлыстовой. Конструкция дома была экспериментальной. Вместо кирпича использовали панели и железобетонные перекрытия. Никаких архитектурных «излишеств» из прежних эпох.

Во дворе дома сохранился фонтан — весьма необычный для жилой инфраструктуры объект.

Весь район — чистой воды эксперимент: 16 домов здесь были возведены из разных материалов, имели разное количество этажей и особенности в конструкции. Поэтому стоит походить по кварталу, чтобы попробовать найти, чем один дом отличается от другого. А отличия серьёзные. Посмотрите сами: мы сняли для вас несколько домов.

За жизнью людей в экспериментальном жилье наблюдали, чтобы понять, какие именно дома и целые микрорайоны затем будут построены по всей стране. Задайте вопрос ребенку: может, он хотел бы принять участие в подобном опыте? А на обратном пути можно рассматривать невероятные картины Юрия Пименова о новоселах или слушать фрагменты оперетты Дмитрия Шостаковича «Москва, Черёмушки».

«Я влюблён, я влюблён в юго-западный район…»